Трусова вернулась, Валиева ушла из спорта, россиян снова пускают на международные старты — одно лето собрало сразу несколько ключевых сюжетов фигурного катания. Хореограф группы Этери Тутберидзе Даниил Глейхенгауз в большом интервью подробно разложил по полочкам все главные темы межсезонья — от ощущения после Олимпиады до перспектив юниоров и возвращения Александры Трусовой.
Интервью записывалось еще до того, как Аделия Петросян объявила об уходе, поэтому этой темы специалист не касался. Зато он развёрнуто поговорил о Миланской Олимпиаде, допуске россиян к международным турнирам, а также о Камиле Валиевой, Саше Трусовой и растущем поколении юниоров.
О переживаниях после Олимпиады в Милане
По словам Глейхенгауза, эмоциональный удар после Олимпийских игр был ощутим сразу же, по горячим следам:
Он признаётся, что первые дни после соревнований дались тяжело: старался лишний раз не выходить из своей комнаты, мог целый день не показываться на улице. Это было не просто разочарование результатом, а эффект от многомесячного напряжения: накопленная усталость, эмоциональное выгорание, бесконечные нервы во время подготовки и, в итоге, не тот итог, на который рассчитывали.
Он напоминает, что в прошлые олимпийские циклы внутри команды было абсолютное ощущение: «Мы едем за золотом». В Милане такой уверенности уже не было — слишком много факторов сложилось не в пользу российских фигуристов. Но, как подчёркивает специалист, даже если разумно понимаешь, что сезон складывается непросто и шансы не максимальные, надежда и желание всё равно живут. И из-за этого особенно больно, когда вы не можете показать прежний уровень, к которому сами же себя приучили.
О возвращении российских фигуристов на международную арену
Решение о допуске россиян в нейтральном статусе Глейхенгауз узнал буквально «на ходу»:
По его словам, он подъезжал к катку, когда увидел новость. Раздумывать о флаге или названии команды он не стал — для него ключевой была сама возможность вернуться. Главным он считает то, что сделан первый шаг: спортсменов пускают на международные старты, а дальше всё уже зависит от них самих.
Теперь задача — как можно быстрее вернуть утраченное присутствие в мировой иерархии: набирать рейтинговые очки, отвоёвывать квоты, занимать места в финалах крупных серий и на чемпионатах мира. От скорости и качества этой работы будет зависеть, насколько полно Россия сможет представлять страну на следующих крупных турнирах.
Перспективы юниоров: почти без конкуренции
Глейхенгауз особенно уверен в юниорском звене. По его оценке, у молодых фигуристов ситуация даже проще, чем у взрослых:
Все российские ребята, которые заявятся на юниорские этапы Гран-при, способны сразу же пробиваться в финал, бороться за тройку на этапах и в итоговом турнире, а затем и на юниорском чемпионате мира. Если этот сценарий реализуется, уже в следующем сезоне страна сможет выставлять полные команды по всем дисциплинам.
Отдельно он отмечает пары: на юниорском уровне у российских дуэтов практически не было реальных соперников все последние годы. В одиночном катании он также смотрит в будущее с оптимизмом. Лев Лазарев, Елена Костылева и другие ребята, по мнению специалиста, способны доминировать, особенно на фоне того, что сильные иностранные юниоры, вроде Мао Симады, постепенно переходят во взрослую категорию.
Главный вопрос был в самом допуске — информации поступало много и она противоречила сама себе. В какой-то момент, признаётся он, просто перестаёшь доверять любым слухам и ждёшь только официального решения.
Сложности с рейтингом и Гран-при для взрослых
Даже при допуске к международным стартам взрослым российским фигуристам предстоит разбираться с системой рейтинга. По словам Глейхенгауза, здесь всё непросто:
Теоретически Петр Гуменник и Аделия Петросян ещё могли успеть до этапов Гран-при выступить на турнирах серии «челленджер», набрать недостающие рейтинговые очки и при чьих-то снятиях вклиниться в список участников.
Но для большинства других, включая Александру Трусову, путь фактически закрыт. Изначально Трусова, как призёр чемпионата мира и Олимпийских игр, рассчитывала получить этап, если страну допустят. Однако как раз перед решением о допуске правила подкорректировали: вместо десяти лет, в течение которых учитывались прошлые достижения, оставили только четыре. Это фактически перечеркнуло возможность опираться на старые результаты для получения автоматических квот.
Алиса Двоеглазова: юниоры или взрослые?
Отдельный блок разговора был посвящён Алисе Двоеглазовой. Обсуждался сценарий, при котором при допуске только к юниорским стартам имело бы смысл целиться именно туда. Но после того как стало понятно, что россиян пускают и во взрослый спорт, логика резко меняется:
Если открыта дверь во взрослое катание, переводить Алису в юниоры ради дополнительных титулов уже не выглядит необходимым. Тем более что уровень конкуренции у девочек-юниорок сейчас ненамного ниже, а где-то и выше. То есть с точки зрения сложности задач лишний сезон в юниорах не даёт серьёзного преимущества.
При этом Глейхенгауз подчёркивает: Двоеглазова всё ещё восстанавливается после травм. Она даже не выходила на лёд на момент записи интервью. Команда принципиально не торопит события и строго следует рекомендациям врачей. С подобными повреждениями крайне важно избегать малейшего рецидива, а значит, нужно выдержать весь обозначенный срок реабилитации без попыток «ускорить» процесс. Поэтому разговоры о её участии в соревнованиях августа-сентября он считает преждевременными.
Трусова и Валиева: почему они всё ещё в игре
На новый сезон, по словам Глейхенгауза, выходят сразу две звезды недавнего прошлого — Александра Трусова и Камила Валиева. Главный мотив их возвращения он формулирует просто: они сами этого хотят.
У обеих остаётся внутренняя потребность соревноваться, доказывать себе и другим, что они способны на большее. Это не попытка «дослужить» остаток карьеры, а осознанный выбор продолжать бороться на высоком уровне.
Подход Трусовой к тренировкам: «её всегда надо было останавливать»
О Трусовой Глейхенгауз говорит особенно тепло и уважительно. Саша вернулась в группу и уже вовсю готовится к сезону. По его описанию, её тренировочный процесс напоминает лучшие времена, когда она шла к мировым рекордам.
Он приводит яркий пример: в июле, когда многие только «раскачиваются» и осторожно вкатываются в сезон, Саша выходит на лёд, и на предложение просто «поработать под музыку по короткой программе» отвечает тем, что выкатывает её целиком, как на соревнованиях. В то время как с другими спортсменами тренерам зачастую приходится всю тренировку добиваться, чтобы они вообще взяли музыку и проехали программу от начала до конца.
При этом у неё за бортом — маленький ребёнок, слава, популярность, многочисленные проекты и активности вне льда. Но на тренировке всё это отключается. Она работает так же жёстко, как в те времена, когда шла к своим самым громким победам.
Тренер подчёркивает, что сейчас, конечно, уже нет необходимости держать прежний безумный объём четверных, да и организм не должен постоянно находиться на пределе. Где-то нагрузку сознательно снижают, что-то контролируют более осторожно. Но главное остаётся: перед ними настоящий спортсмен, который понимает, как нужно работать, чтобы выходить на максимум возможного.
Камила Валиева: другая траектория мотивации
О Камиле Валиевой Глейхенгауз говорит короче, но принципиально: она тоже входит в сезон, а это уже само по себе показатель. После всех событий, через которые ей пришлось пройти, продолжать карьеру — тяжёлое и очень зрелое решение.
Для тренерской команды это знак того, что внутренняя мотивация не исчезла. Теперь задача специалистов — выстроить для Камилы такую программу подготовки и такой соревновательный календарь, который позволит не только вернуться, но и психологически комфортно чувствовать себя на стартах. В условиях нейтрального статуса и повышенного внимания к каждому шагу это становится отдельным вызовом.
Старое и новое поколение: где пропала спортивная злость
Глейхенгауз честно признаётся: прошлое поколение фигуристов в его группе было по‑особенному «голодным» до побед. Они были по-спортивному злыми, постоянно соревновались друг с другом даже на обычных тренировках.
Соперничество было буквально в каждой мелочи: кто больше раз возьмёт музыку, кто чище проедет программу, кто первым сделает сложный элемент без ошибок. Такая внутренняя конкуренция и позволяла каждый день чуть-чуть поднимать планку, выходя на новый уровень.
Сейчас, по его наблюдению, подобной запредельной мотивации он почти не видит. Возможно, свою роль сыграло отстранение: когда у спортсменов забрали главную цель — Олимпийские игры и полноценный международный календарь, многие потеряли ориентиры. Сложно годами тренироваться на пределе, понимая, что даже идеальный прокат не даст возможности вновь почувствовать олимпийский лед или побороться за титул чемпиона мира.
При этом Глейхенгауз подчёркивает: никто не обвиняет нынешних ребят в том, что они в чём-то «хуже» или менее амбициозны. Они просто выросли в других условиях. Им пришлось входить в большой спорт в эпоху, когда международные двери были закрыты, и у многих так и не сформировалась та самая привычка — каждый день жить ради больших стартов, которые когда‑то были главной движущей силой.
Как вернуть мотивацию новому поколению
Выход из этой ситуации тренер видит в чёткой постановке целей. Когда снова появились реальные международные турниры, появилась и возможность перезапустить мотивацию: объяснить, ради чего именно ты приходишь на тренировки, почему важно терпеть, выполнять большие объёмы работы, бороться за каждую деталь.
Он отмечает, что в группе много талантливых спортсменов, которым сейчас нужно время, чтобы перестроить сознание: от «мы катаемся, потому что так нужно» к «мы катаемся, чтобы выиграть вот этот конкретный старт». Возвращение на международную арену даёт шанс заново сформировать у молодых фигуристов ту самую спортивную злость, которая когда-то стала визитной карточкой их предшественников.
Новая реальность для российских фигуристов
Сегодняшняя ситуация в фигурном катании для россиян далека от прежней, но в ней есть и свои плюсы. Нейтральный статус, изменённые правила рейтинга, отсутствие былых привилегий заставляют заново доказывать своё право быть лидерами. Для кого-то это препятствие, для кого-то — мощный стимул.
Те, кто, как Трусова, продолжают «пахать» на тренировках независимо от обстоятельств, задают тон всей группе. Молодые юниоры получают шанс быстро захватить ведущие позиции в мире. Врачи, тренеры и сами спортсмены учатся более грамотно распоряжаться ресурсами — как физическими, так и эмоциональными.
Ответ на главный вопрос: что ждёт российское фигурное катание
Картина, которую рисует Глейхенгауз, неоднозначна, но однозначно не безнадёжна. Есть болезненные воспоминания об Олимпиаде и утраченные возможности, есть травмы и паузы в карьере ведущих фигуристов, есть потерянный рейтинг и подправленные под новые реалии правила.
Но есть и другое: возвращение на международные турниры, мощное поколение юниоров, готовность лидеров вроде Трусовой и Валиевой снова выходить на старт, а также опыт тренеров, которые уже знают, как приводить спортсменов к высшим результатам.
Будущее российского фигурного катания во многом будет зависеть от того, удастся ли соединить старую школу мотивации и дисциплины с новой реальностью без флага и прежних гарантий. И сейчас, по словам Глейхенгауза, у тех, кто остаётся в спорте, есть редкий шанс: заново доказать всему миру, что они способны побеждать в любых условиях.