«Я сейчас живу свою лучшую жизнь». Чемпионка России Анастасия Томшина — о материнстве, декрете и самом трудном сезоне карьеры
В мае 2025 года биатлонистка Анастасия Томшина стала мамой — у нее родилась дочь. Уже через несколько месяцев после родов она начала системно возвращаться к тренировкам и очень быстро восстановила форму. Сезон-2025/26 стал для нее особенным: Анастасия выиграла медали на всех главных стартах внутри страны и впервые в карьере стала чемпионкой России.
О том, каково это — совмещать биатлон и материнство, вернуться после декрета и остаться при этом максимально требовательной к себе, Анастасия рассказала в большом разговоре с корреспондентом.
***
— В 2022-м ты говорила, что не чувствуешь к себе повышенного внимания, потому что нет громких титулов. В 2026 году, после чемпионства России, ощущение изменилось?
— Честно говоря, нет. Я не чувствую какого-то особого ажиотажа вокруг себя. Для меня этот сезон после декрета вообще прошел как один большой вихрь — много стартов, переездов, новых задач. Если смотреть со стороны, результат получился очень достойным, но я по натуре максималист. Внутри у меня планка стоит где-то между олимпийским подиумом и большими победами на Кубке мира. Чемпионат России и внутренние старты — это как промежуточный этап. Да, я проделала огромную качественную работу, кое-где мне повезло, где-то сработало хладнокровие, но не воспринимаю это как вершину карьеры.
— Ты в 2022-м и ты в 2026-м — насколько это два разных человека?
— Это две совершенно разные версии меня. За эти годы у меня накопился такой багаж опыта и знаний, который теперь позволяет тренироваться самостоятельно и очень осознанно. Я четко понимаю, какие нагрузки мне подходят, в каком режиме я должна работать, когда надо притормозить. Раньше я чаще шла по общему командному плану, и не все индивидуальные особенности учитывались. Сейчас я чувствую, что у меня намного больше пространства для роста: могу подстраивать подготовку под себя и не ломать организм ради «галочки» в плане.
Плюс изменилась сама модель поведения на стартах. Я стала спокойнее, рациональнее, научилась извлекать максимум из каждой гонки. Если раньше больше полагалась на эмоции, то теперь многое строится на опыте и правильных решениях в моменте.
— За последние годы у тебя сильно изменилась жизнь: семья, ребенок. Только биатлон остался постоянной частью. Ты довольна, как складывается карьера?
— По ощущениям, все происходит очень вовремя. Даже если смотреть на беременность: мы с мужем планировали ее осознанно, подбирали момент, чтобы не разрушить карьеру, а встроить материнство в нее. То, как я прошла беременность, как выходила из нее — могу сказать, что мне действительно повезло, но и я очень многое сделала правильно. Сейчас, даже без международных стартов, у меня нет внутренней пустоты или ощущения, что чего-то катастрофически не хватает. Я чувствую удовлетворение — от процесса, от семьи, от того, как все сложилось.
— Есть популярное мнение, что после родов многие спортсменки становятся только сильнее. Ты на себе почувствовала этот «эффект мамы»?
— Меня, если честно, раздражает, когда все объясняют одним словом — «гормоны». Звучит так, будто ты просто родила ребенка, и вдруг чудесным образом начала бегать быстрее и стрелять точнее. Но никто не спрашивает, как проходила подготовка, что именно ты делала каждый день, какой ценой далось возвращение.
В моем случае было очень много индивидуальных факторов. Важно, в какой форме ты входишь в беременность, как ведешь себя все девять месяцев: двигаешься ли, поддерживаешь ли тонус. Я тренировалась в щадящем, но системном режиме, постоянно консультировалась со специалистами и внимательно слушала свое тело. Плюс огромную роль сыграло грамотное восстановление.
Я искренне благодарна своему организму: под конец беременности у меня уже было плюс 15 килограммов и увеличенный объем крови, но при этом я спокойно стояла на лыжах, держала координацию и могла кататься с нормальным пульсом. Это точно не магия гормонов, это планомерный труд и аккуратное отношение к себе.
Я вернулась без особых провалов, довольно мягко. И у меня была возможность сравнить себя с другими девушками, которые тоже выходили на старт после декрета. Разговоров об этом у нас было много, поэтому я понимаю, насколько по-разному это может происходить.
— В прошедшем сезоне ты брала медали практически везде и впервые стала чемпионкой страны. Среди всех этих наград есть та, к которой у тебя особое отношение?
— Нет какой-то одной «золотой» медали, на которую я смотрю особенно. Важно другое — изначально я не строила сезон вокруг одного стартового пика. Главной целью было вернуть свои функциональные кондиции и снова поймать то ощущение уверенности в теле, которое бывает в лучшей форме.
Когда начинаешь чувствовать, что можешь реализовать себя в гонке, медали приходят как логичное следствие. Так и вышло: призы стали приятным бонусом к тому, что я снова чувствую себя полноценной спортсменкой.
— На чемпионате России в гонке преследования тебя дисквалифицировали из-за эпизода со стрельбой: Анастасия Шевченко отработала по твоей установке, а ты не разрядила обойму. Это был самый неприятный момент сезона?
— На самом деле, нет. Я уже почти не вспоминаю эту историю. В тот день я просто получила хороший, хотя и болезненный урок. Я не до конца сориентировалась по регламенту и была уверена, что обезопасила ситуацию, когда вставила обойму в магазин. Оказалось, этого было недостаточно.
Нужно было всего лишь поднять руку и дождаться решения судей. Но в той ситуации все немного растерялись. Я не подавала апелляцию, приняла случившееся, а судьи, уверена, тоже сделали свои выводы. Никакой злости ни на кого не держу: такие эпизоды в спорте бывают.
Гораздо тяжелее я переживала постоянные болезни. За сезон я разболелась раза четыре. Просыпаться утром в день гонки с пониманием, что ты не выйдешь на старт, — вот это по-настоящему неприятно. И, кстати, это, наверное, единственный минус возвращения после родов: иммунитет и восстановление работают чуть иначе, организм дольше реагирует на нагрузку и перелеты.
Плюс у нас в стране очень плотный календарь внутренних стартов. Организм просто не успевает адаптироваться к такому темпу, особенно после декрета. Думаю, нам стоит двигаться к графику, который ближе к формату Кубка мира: меньше стартов, но выше качество и подготовка к ним.
***
— Давай к самому важному: как тебе роль мамы?
— Я очень хотела ребенка и морально долго готовилась к этому. Читала книги по развитию и воспитанию, разбиралась, как организовать пространство дома, чтобы ребенку было безопасно и спокойно, как выстроить режим, чтобы всем в семье было комфортно.
Сложнее всего было с логистикой — мои выезды на сборы, соревнования, перелеты, переезды. Первое время каждый выезд превращался в отдельный проект: кто останется с дочкой, как распределить графики, как не вымотать ни себя, ни близких. Но постепенно мы с семьей выстроили систему, и сейчас все это уже не кажется чем-то экстремальным.
Мне, наверное, в чем-то легче, чем многим мамам, которые целиком берут быт и воспитание на себя. У меня есть опора в виде мужа и наших близких. Без их участия вернуться на прежний уровень в спорте было бы нереально.
— Какую роль играет твой муж, биатлонист Василий Томшин, в этом балансе «спорт — семья»?
— Огромную. Мы с Васей оба понимаем, что спорт — это временно, а семья навсегда. И когда мы решили, что я буду возвращаться в биатлон, мы сели и честно проговорили, как это вообще может выглядеть. Он взял на себя очень много: и бытовых дел, и заботы о дочке, когда я в отъездах или просто уставшая после тренировок.
Василий сам спортсмен, поэтому он лучше других понимает, почему я иногда приезжаю со сборов выжатая и мне нужно просто пару часов тишины. В то же время он может и поддеть, и замотивировать, когда видит, что я начинаю сомневаться или излишне себя жалеть. Мы как команда: иногда меня тащит он, иногда — я его.
— Бывают ли моменты вины: перед ребенком, мужем, семьей — за то, что ты уезжаешь на сборы и старты?
— Конечно, бывают. Невозможно полностью отключить материнские чувства. Когда в очередной раз собираешь чемодан, а ребенок тянет за руку и смотрит огромными глазами, внутри все сжимается. Но я стараюсь объяснять, пусть даже пока простыми словами: мама уезжает не «от тебя», а «ради дела», которое она очень любит и в котором хочет быть примером.
Для меня важно, чтобы дочь росла в атмосфере, где уважают труд и выбор каждого члена семьи. Я хочу, чтобы она с детства видела: если у тебя есть цель, ради нее надо работать, но это не отменяет любви, тепла и поддержки дома.
— Ты уже задумывалась, какой хочешь видеть дочь в будущем? Спорт, творчество, наука — есть ожидания?
— Мне бы не хотелось жить за нее ее жизнь. Конечно, мы с Васей спортсмены, и вряд ли у нас дома можно будет полностью избежать темы спорта. Но я не стану давить и говорить: «Ты обязана идти в биатлон, потому что мы так решили».
Хочу, чтобы она росла свободным человеком, который может пробовать разное, не бояться ошибаться и выбирать, что действительно откликается. Наша задача — дать ей базу: безопасность, любовь, поддержку, возможность развиваться. А дальше — ее путь. Если она выберет биатлон — я буду рядом. Выберет что-то другое — тоже.
— Что изменилось в тебе как в спортсменке после рождения ребенка, кроме чисто физических моментов?
— Я стала гораздо экономнее расходовать энергию. Раньше я могла сгореть из-за какой-то мелочи: неудачная тренировка — и все, настроение на нуле, голова забита. Сейчас, когда у тебя дома ребенок, ты просто не можешь позволить себе растрачивать силы на каждую мелкую драму.
Появилось ощущение масштаба: да, гонка важна, да, спорт — это моя профессия. Но есть человек, для которого вообще не важно, какое у меня место в протоколе. Ему важна мама — живая, теплая, с улыбкой. Это сильно помогает не зацикливаться на провалах и быстрее переключаться.
Плюс я стала более дисциплинированной вне спорта. Режим сна, питание, планирование дня — все выстроилось четче, потому что хаос с ребенком очень быстро выматывает. А мне важно сохранять ресурс и для семьи, и для тренировок.
— Сейчас, когда уже есть и титулы, и семья, и ребенок, ты можешь сказать, что живешь жизнь, о которой мечтала?
— Да, могу. Я правда чувствую, что живу свою лучшую жизнь. Она не идеальна — в ней есть и недосыпы, и болезни, и сложные гонки, и слезы от усталости. Но в этом и есть ее ценность. Я иду по пути, который выбрала сама: я мама, жена и при этом действующая спортсменка, которая еще не сказала последнего слова.
— Какие цели ты ставишь перед собой на ближайшие сезоны?
— Глобально — вернуться на уровень, на котором я смогу конкурировать с сильнейшими не только внутри страны, но и за ее пределами, когда появится такая возможность. Я знаю, что способна бежать быстрее, стрелять стабильнее, и сейчас меня сильно мотивирует именно работа над собой, а не гонка за чьим-то мнением.
Хочу пройти еще несколько полноценных подготовительных циклов уже в новом статусе — мамы и более зрелой спортсменки. Посмотреть, на какой максимум я смогу выйти, не разрушая при этом здоровье и баланс в семье.
— Если бы ты могла дать совет спортсменкам, которые думают о беременности, но боятся, что это поставит крест на карьере, что бы сказала?
— Я бы сказала: не надо думать в крайностях — «либо спорт, либо ребенок». Да, это сложно. Да, это потребует колоссальной организации, поддержки семьи и честного разговора с самой собой. Но материнство не обязательно означает конец карьеры.
Важно не копировать чужой путь, а искать свой: подбирать момент, консультироваться с врачами, прислушиваться к телу и быть готовой, что что-то пойдет не по плану. Самое главное — не ждать чудес «от гормонов», а понимать, что после родов вам снова предстоит огромная работа.
Если вы внутренне готовы к этому и рядом есть люди, готовые поддержать, то шанс вернуться не просто есть — вы можете вернуться сильнее, чем были. И не только как спортсменка, но и как человек.