Губерниев жестко о выборе тренера для КХЛ: «Мы что, свалка кадров? Такого человека я бы на работу не позвал»
Известный российский телеведущий и спортивный комментатор Дмитрий Губерниев, ныне занимающий должность советника министра спорта России Михаила Дегтярева, резко высказался о назначении нового главного тренера в КХЛ и публично не согласился с позицией Александра Овечкина.
В субботу, 17 января, главным тренером клуба КХЛ «Шанхай Дрэгонс» стал 41‑летний канадский специалист Митч Лав. До этого он входил в тренерский штаб клуба НХЛ «Вашингтон Кэпиталз», где с 2023 года работал помощником главного тренера.
Однако карьера Лава в НХЛ завершилась скандалом. В сентябре 2025 года руководство «Вашингтона» отстранило его от работы, а уже в октябре специалист был уволен по итогам внутреннего расследования, проведенного на фоне обвинений в домашнем насилии. Именно этот факт стал центральной темой обсуждений в связи с его переходом в КХЛ.
По информации СМИ, перед тем как утвердить кандидатуру Лава, руководство «Шанхая» консультировалось с форвардом «Вашингтона» Александром Овечкиным. Российский нападающий, по данным тех же сообщений, поддержал идею назначения и дал однозначную рекомендацию: если есть возможность пригласить такого специалиста, нужно этим шансом воспользоваться.
На этом фоне у Губерниева поинтересовались, насколько подобное решение — назначение тренера, фигурировавшего в истории с обвинениями в домашнем насилии, — может ударить по репутации Континентальной хоккейной лиги.
В ответ комментатор высказался предельно жестко и эмоционально. Он подчеркнул, что лично не стал бы иметь дело с таким специалистом и поставил под сомнение сам подход к приглашению людей с проблемным прошлым:
«Этот вопрос нужно адресовать владельцам клуба. От себя скажу прямо: я бы такого человека на работу не позвал. Мы что, мусорная яма какая‑то? Каждый раз, когда к нам приезжают персонажи с сомнительной репутацией и историями, связанными с законом, это выглядит, мягко говоря, странно. С учетом его бэкграунда ситуация очень непростая. Я бы такого специалиста приглашать не стал. Но здесь весь риск принимает на себя команда и руководство. Если им так удобно и так видится — их право. Своя рука — владыка», — заявил Губерниев.
Таким образом, телеведущий прямо дистанцировался от позиции Овечкина. Если капитан «Вашингтона» фактически поддержал тренера, то Губерниев поставил во главу угла имидж лиги и морально‑этический аспект, а не только профессиональные качества наставника.
История с Митчем Лавом вновь обнажила старую для мирового спорта проблему: где проходит граница между вторым шансом и репутационными рисками? В НХЛ клубы в последние годы особенно тщательно относятся к вопросам имиджа, общественного давления и скандалов, связанных с домашним насилием или иными правонарушениями. Для КХЛ, которая стремится позиционировать себя как одну из ведущих хоккейных лиг мира, подобные назначения неизбежно становятся тестом на зрелость и системный подход к репутации.
Критика Губерниева затрагивает не только конкретного специалиста, но и принцип формирования тренерского и менеджерского пула в лиге. Его формула «мы что, помойка?» — это упрек в адрес тех, кто, по его мнению, готов закрывать глаза на прошлое ради потенциального спортивного результата. С его точки зрения, у лиги должен быть фильтр не только профессиональный, но и моральный: если вокруг человека существуют столь тяжёлые обвинения, приглашать его на ответственную должность по меньшей мере рискованно.
В то же время сторонники позиции Овечкина и руководства «Шанхая» могут оперировать иными аргументами. В профессиональном спорте, особенно на высоком уровне, многое решают тактика, умение выстраивать игру и работать с игроками. Митч Лав имеет опыт работы в НХЛ, знаком с североамериканской системой, современными трендами хоккея и может привнести в КХЛ новые подходы. Для некоторых клубов это перевешивает риски, связанные с его прошлым — особенно если формально тренер не признан виновным судом.
Однако Губерниев явно апеллирует не к юридической, а к ценностной плоскости. С его слов читается мысль: даже если с точки зрения закона человек чист, само появление таких обвинений вокруг именитого специалиста — уже пятно, которое невыгодно переносить на лигу, претендующую на высокий статус. Для него важно, чтобы КХЛ не превращалась в место, куда едут фигуранты скандалов из других лиг, чтобы «отмыться» или просто продолжить карьеру.
Отдельный пласт дискуссии — роль звездных игроков в принятии ключевых управленческих решений. Сообщения о том, что с Овечкиным консультировались перед назначением Лава, демонстрируют: слово суперзвезды может сильно влиять на политику клуба, пусть даже и косвенно. Это распространенная практика в НХЛ и других лигах, но она также повышает ответственность самих игроков за высказанное мнение. Губерниев фактически показывает, что не готов разделить точку зрения лидера «Вашингтона» и считает, что в подобных вопросах следует быть особенно осторожным.
Еще один важный аспект — реакция болельщиков и общественности. Для многих зрителей спорт давно перестал быть только игрой: это зеркало общества, в котором ценности, поведение публичных фигур и позиция клубов воспринимаются как сигнал. Одни фанаты могут сказать: «Главное — победы, а личная жизнь тренера — его дело». Другие, напротив, будут считать, что команды и лиги обязаны демонстрировать нетерпимость к любым формам насилия и не поощрять фигурантов подобных историй должностями и контрактами.
На фоне этого спора встает и вопрос о двойных стандартах. Если в НХЛ клуб тщательно расследует обвинения и в итоге расстается со специалистом, а затем этот же человек без особых препятствий получает работу в другой крупной лиге, у общественности может сложиться впечатление, что КХЛ готова принимать то, от чего отказываются за океаном. Именно этого, судя по его словам, и опасается Губерниев, говоря о «помойке» и «странных персонажах».
Важно и то, как подобные истории будут влиять на долгосрочную стратегию КХЛ. Лига уже много лет стремится расширить аудиторию, укрепить статус, развивать молодежный хоккей и привлекать спонсоров. Каждый громкий скандал с участием игроков или тренеров способен осложнить диалог с партнерами, оттолкнуть часть болельщиков и создать фон, в котором спортивные достижения воспринимаются через призму негативных ассоциаций.
Вместе с тем ситуация вокруг Лава объективно поднимает еще одну важную тему: существует ли для людей с прошлым, связанным с тяжелыми обвинениями, возможность профессиональной реабилитации, и если да, то на каких условиях? Одни эксперты считают, что общество не должно «пожизненно» вычеркивать человека из профессии без решения суда. Другие уверены, что, занимая публичные должности в спорте, необходимо иметь безупречную репутацию, и любые подобные истории должны автоматически закрывать путь на высокие посты хотя бы на какое‑то время.
Слова Губерниева в этом контексте можно рассматривать как позицию, согласно которой спортивные организации сами должны устанавливать более жесткие стандарты, чем формальные юридические рамки. Его фраза о том, что «риски берет на себя команда», напрямую указывает: если что-то пойдет не так, общественный удар придется не по тренеру как таковому, а по клубу и всей лиге.
Таким образом, конфликт мнений между Овечкиным и Губерниевым выходит далеко за пределы одного назначения. Это спор о том, чем должна быть современная КХЛ: просто площадкой для сильного хоккея или структурой, которая осознанно формирует собственные ценностные ориентиры и репутационные правила игры. И чем громче становятся подобные дискуссии, тем меньше у лиги остается пространства для компромиссов между результатом и принципами.